Сергей СТЕПАНОВ-ПРОШЕЛЬЦЕВ
г. Нижний Новгород
                  ВИТЬКИН ДЕД

    Я родился в Сибири. Но после долгих странствий отец нашел работу в Москве, и мы туда переехали. На летние каникулы меня вывозили в Городец, где жила бабушка. Дед мой погиб в схватке с дезертирами в 1947 году, и у бабушки никого не осталось из родни, кроме сестры. Она жила в деревне Поповка, в 20 километрах от Городца. Наверное, там мы и встретились с Витькой. Это был мой друг. Он тоже жил в Городце, но дед, у которого жена умерла от гипертонии, нередко привозил его в Поповку, где жила родня его погибшей супруги. У него тоже не было никого в живых из родственников.
    Витькин дед происходил из казаков, которые селились в Городце, Балахне и Павлове. На войне под Ельней ему оторвало обе ноги. Он сначала попал в немецкий концлагерь, а потом в наш. Правда, скоро его амнистировали. Более того, наделили инвалидской коляской типа той, что демонстрируется в «Операции Ы». 
     На этой коляске с ручным управлением он разъезжал по всему району. Пенсия у него была небольшой, поэтому он увлекался рыбалкой. Ловил все подряд: щуку, окуня, карасей, плотву, судака, жереха, чехонь, лещей. Он был назначен опекуном Витьки, так как Витька стал круглым сиротой после смерти матери. Отец погиб на фронте, а мать маялась заболевание кишечника. Ей сделали операцию, но в кишках образовались спайки.
      У него были деревянные протезы кустарной работы, которые страшно скрипели. И дед-пердед, как мы звали его за глаза, возил нас с Витей на рыбалку.
  Рыбачил Витькин дед на озере, которое находилось километрах в 15 от Городца. Самое его любимое, поскольку зараз он вылавливал там по 5-6, а иногда и больше килограммов рыбы. Озеро было небольшим, в начале лета мелководье зарастало тростниковыми плавнями, покрывалось, как ряской, плотным ковром водорослей, но потом от них избавлялось. Как бы там ни было, рыба помогала деду выжить на нищенскую пенсию. Но дед считал рыбалку удачной только в том случае, если удавалось поймать. Ну а когда он выуживал судака, — это был настоящий праздник.
      Под его присмотром мы купались, но научить нас плавать из-за своих протезов Витькин дед не мог. Он курил самые дешёвые короткие сигареты под названием «Новые». Вставлял их в мундштук. От никотина у него были жёлтыми не только пальцы, но даже ладони. Окурки вытряхивал в специальный мешочек, потом их разделывал и неиспользованный табак набивал в патроны для папирос. У него ничего не пропадало. Из рыбьих голов, которые обычно выбрасывали, варил холодец.
      Витькин дед никогда не рассказывал о войне, а когда мы его об этом просили, злился. Я видел его пьяным только один раз — в День Победы, который был объявлен праздником много позже. Дед съездил на базар и купил четыре чайника вина (вино почему-то тогда продавали из чайников), причем со скидкой. Получилось ровно ведро. Чтобы оно не расплескалось в дороге, дед отпил литра полтора и поехал на своем драндулете мимо постового на перекрестке, да ещё и посигналил ему. Постовой деда знал и дал ему отмашку: дескать, понимаю, что ты нетрезв, но в честь праздника прощаю. Дед выругался и сказал:
    —  Дурак ты, ничего не понимаешь. Иди ко мне, а то мне на протезах нести ведро тяжеловато. Иди, выпьем. 
    — Не положено мне, я при исполнении, — как-то неуверенно стал отнекиваться милиционер.
    — Ты же ведь воевал, — настаивал дед. — Сержантом, кажется, дембельнулся. С орденом Славы. И ты меня проигнорируешь? Старшину, который командовал такими, как ты?
     —  А если кто увидит? Выгонят тогда меня в три шеи.
   —  А ты на меня сошлись. Скажи, что дед Шапоренко приказал, как старший по званию...
     Я видел его позже. Ведро с вином уже было почти пустое.
    — Наверно, зажился я на этом свете, — сказал он мне и вдруг затянул  казачью песню: 

Ой, да запрягу я тройку борзых,
Эх, да самых лучших лошадей,
Ой, да и помчусь я в ночь морозну,
прямо, эх, к любушке своей...

    По лицу его катились крупные слёзы, он промокал их фартуком, и я тихо ушел, чтобы ему не мешать. Я понял, что этому человеку крайне нужно побыть одному. 

©    С. Степанов-Прошельцев