Вера БОРИСОВА
г. Киров (Вятка)

Вера Борисовна Борисова родилась 17.12.1996. закончила НГЛУ им. Н. А. Добролюбова по специальности перевод и переводоведение, работает в Janus Worldwidе переводчиком-редактором. Начала рифмовать в 3 года. С 6 лет печаталась в газетах, журналах, альманахах и коллективных сборниках. В 2023 г. окончила курсы литературного мастерства при Литературном институте им. А. М. Горького (семинар И. И. Болычева), в 2024 г. прошла обучение в студии «СТиХИ» (семинар А. Д. Ахматова), обучается в школе «Пишем на крыше» у Д. Б. Воденникова. Участник всероссийских семинаров «Зеленый листок», «Поэтические штудии», «Берега дружбы», Совещания молодых литераторов в Химках (форума «Проводники культуры»), школы молодых поэтов в Сочи.  Автор поэтического сборника «Я смотрю в глаза Вселенной» (Москва, 2023 г.). В поэтическом конкурсе 4-го фестиваля «Солнечный круг» ей присуждено третье место.

«Время шагает быстро...»

*   *   *
Жаль ненаписанных стихов, 
Они болят фантомной болью.
Бушуют, просятся на волю
Живые образы без слов.
Душе звенящей нужно тело...
Цепляюсь за обрывки снов,
Но жаль мне призрачных стихов,
И я пишу, пусть неумело. 

БЕССОННИЦА
Вековая усталость уселась на плечи,
Словно снег на еловые лапы зимой.
И тоскуется мне, и утешиться нечем,
И слепит золочёная лампа с каймой.
Выключатель. Темно. Но ни сна, ни покоя
Лихорадочно мозг, будто жвачку, жуёт
День прожитый. Пугая, скользят по обоям
В полуяви какие-то тени вперед.
Где же сон? Продавил бы четыре подушки
Шар моей невозможно пустой головы....
Наконец, забытье. И белёсые мушки
Закружились на фоне слепой синевы. 

*   *   *
Бывает, хочется делиться,
Бывает, хочется молчать.
Плывут в дожде бульварном лица,
На них осенняя печать.
Задел прохожий: «Извините»,
Зонтов столкнулись паруса.
Пришли две строчки по наитью.
(А дальше выстрадаешь сам).
Идти, не зная, только веря,
Что выйдешь всё-таки туда.
Резные сталинские двери,
Тугие струны-провода.
Дожди-дожди который вечер
С неясной давящей тоской,
Но я иду, и как-то легче
В толпе текучей городской. 

*   *   *
Сырое весеннее солнце
Стекает охряным желтком
По серым перилам балконца,
И плачет апрель ни о ком.
И плачет апрель, как ребенок,
Захлёстнутый чувств полнотой.
Смотрю и моргаю спросонок,
Прекрасное утро, постой. 

*   *   *
Чугунным топотом трамвая
Чуть потревоженный покой...
Качнулась, в дрёме застывая,
Сирень с рассыпчатой копной.
Цветы в лучах — живая нежность,
В тени — прозрачный холодок.
Какая горькая поспешность —
Оставить всё и наутек.
Замедленных цветных мгновений,
Как в кинопленке, череда.
Засвечен фон, но жизнь бесценней
Мне не казалась никогда. 

*   *   *
Просто чьи-то дворы и улицы,
Просто кто-то включает свет.
И деревья у крыш сутулятся,
Темноту натянув, как плед.
Шторы, люстры, горшки с геранями,
Серый кот и чужой уют.
Жизнь сияет простыми гранями,
Только есть ли мне место тут? 

*   *   *
Сотни строчек в уме измыль —
Станешь почти поэтом
Я ухожу, поднимая пыль, 
Пыль золотого цвета.
Весел, лёгок неясный путь
Жмётся к ступням просёлок.
Этим утром, эй, кто-нибудь,
Вспомни меня спросонок. 

*   *   *
Небо — мёртвая бабочка с серыми крыльями,
И пыльцой на дома осыпается снег.
В этой маленькой жизни совсем позабыли мы,
Как по сути своей одинок человек.
В городке все давно решено, предначертано.
Снег. Недвижима бабочка день ото дня.
И тоска пробирает свинцовая, смертная:
Невозможно другого до сути понять. 

*   *   *
Запечатлелись ели
С дремотной синевой,
Роскошные, темнели,
Качали головой.
Дорога ускользала
То в сторону, то вниз,
И, как из кинозала,
Смотрела я на них.
В автобусе уютно,
И тихо, и темно.
Жизнь, ты сиюминутна,
Всё поменялось, но!
В разгар другой недели
Вдруг вспомнилось о том,
Как величавы ели
Над белым полотном. 

*   *   *
Время шагает быстро,
Время смеётся в такт.
Жизнь — золотая искра
И беспросветный мрак.
По голубым и серым
Лужам и небесам,
Бросив огарок веры,
Кто-то блуждает сам.
Тянется бесполезный,
Яркий самообман.
Стой, не плутай, болезный,
Время берет наган. 

*   *   *
Дождь сегодня негромок, нежен,
В этом пасмурном полусне
Пыльный цвет городских черешен
Превращается в белый снег.
Ни следа серо-ржавой пыли
На звенящих жэдэ-путях.
И протяжное «жили-были» —
Через годы — теперь пустяк. 

*   *   *
Весенние черные воды
Прозрачны в своей глубине.
Неспешно ведут хороводы
Пожухлые травы на дне.
Неспешно смеркается: восемь,
А в юном пролеске светло.
И вспомнилась прошлая осень...
Как много воды утекло. 

*   *   *
Я ем холодную картошку
Со сковородки на столе.
А дорогого человека
Не существует на земле.
И пустота объята болью,
И боль объята пустотой.
Но мир, слепой, и безучастный,
И издевательски простой,
Живёт своей обычной жизнью,
Смакует тёплый летний день...
Царапаю железо вилкой:
Трень-трень. 

*   *   *
Смерть — это белые лилии,
Белый тревожный покой.
Пальцы катают в бессилии
Жгутик свечи восковой —
Нити расхристанно-белые.
Болью стоишь обожжён.
Тучи текут онемелые
Белым холодным дождём.

*   *   *
Белой кожицей льда затянулись озера,
И чернеет кустарник иззябшийся, как
Берегами бредущая к выселкам свора
Ослабевших и тощих ничейных собак.
Неуютно под блёклым, без блеска и сини,
Затуманенным небом конца октября.
И хоть мне далеко до мечты и богини,
Ты забыл про меня очень зря, очень зря.
Неприкаянность мыслей, и чувств, и стремлений.
Для чего я брожу? Потеряла серьгу.
Осень нежно любил поэтический гений —
Я теперь уже точно любить не смогу. 

*   *   *
Судьба, эта странно влекущая сила, —
Лишь ветер, что кружит кленовый листок.
И время прошло и меня не спросило,
И дальше понес беспокойный поток.
Что есть у меня и о чем я мечтаю?
Под дымчато-сизым дождем поутру
На юг потянуло нестройную стаю.
Я — желтый листок на холодном ветру. 

*   *   *
Плывут по небу караваны
Степенных, низких облаков -
Мой символ веры и нирваны,
Свободы от земных оков.
Они плывут, парят над былью,
И небылью, снимая страх,
Как будто кружевные крылья
Расправил ангел в небесах.
Мы все уйдём, и станем светом,
И не с земли, а свысока
Увидим в миг, что звали летом:
Плывут по небу облака. 

*   *   *
Весь день лежать, смотреть на облака,
И тоже быть — в пушистом сером пледе —
Как облако. Прошли два рыбака,
Проехал мальчик на велосипеде.
Летящий воздух гулок и горяч,
Лелеет долго схваченные звуки.
А к ночи дождь затянет полуплач
В залитой жаром, меркнущей округе. 

©    Вера Борисова