ФИНАЛИСТЫ ТРЕТЬЕГО ФЕСТИВАЛЯ «СОЛНЕЧНЫЙ КРУГ»

Яна АКУЛИНИНА
пос. Добринка Липецкой области.

Родилась 05.09.1989 там же, где и ныне живет. Закончила МГУКИ по специальности аналитик информационных ресурсов.

* * *
Влюбленный мужчина
Не ищет причины,
Чтоб больше тебе не звонить.
И без кофеина
Влюбленный мужчина
Способен всю ночь говорить.
Кругом эндорфины,
Забыта рутина:
Желание жить и творить!
Он пишет картины,
Стартует с трамплина…
Но стоит ему разлюбить!
Заметит морщины
Обычный мужчина.
Ему все равно, где была.
Не пахнет жасмином,
С трехдневной щетиной,
В крови только антитела…
Обычный мужчина:
Он не половина,
Он цел, его мать родила.

Рыдает Арина…
Кристина…
Марина…
Любая живая герла.

* * *
⁠— Я стала понимать людской язык!,—
Сказала птица, словаря коснувшись…
Узнала, как могуч он и велик,
От шума неуемного очнувшись.
И речь лилась так громко и легко:
Здесь обо всем на свете говорили.
— На птичьем я не помню ничего.
Но вспомнились небесные кадрили…
И полетев к подругам рассказать
Про новый опыт челощебетанья,
Она сумела над землей поднять
Такое неподъемное познание!
Увидев стаю, распахнула клюв.
И, прокричав на чисто человечьем,
Она остановилась, сделав люфт…
Никто не понял из своих о вечном.

Екатерина АНУЧИНА
г. Рыбинск

Стихи Екатерины Анучиной уже не однажды публиковались в «Причале».

* * *
Грохочет небесный поезд.
На окнах косые капли.
Сегодня наш Бог напорист,
Взял в руки метлу и грабли.

Метёт облака из пыли,
Что небо темнее ночи,
И ветер бежит весь в мыле,
И вырваться к свету хочет.

Мы сядем с тобой на поезд,
Поедем туда, где море
На берег волну по пояс
Выносит, с русалкой споря.

Сегодня наш мир изменчив
Со скоростью фотовспышки.
Я буду как тихий птенчик
Сидеть у тебя под мышкой.

Смотреть с высоты обрыва,
Как тьма горизонт заполнит
И как в тишине до взрыва
К ней тянутся руки молний.

Устал, отдохни, работник.
Вот чай с ароматом грозным.
Отлично прошёл субботник.
Он с видом кивнёт серьёзным.

Приедем домой во вторник,
Домашний уют мы примем.
И вспомним, как добрый дворник
До блеска все тучи вымел.

УТРО
Утро обнимало землю ласково,
Было в раннем утре что-то нежное.
Путник замирал, любуясь красками,
Мир вдруг становился краше прежнего.

Небо расцветало незабудками.
Песни разлетались небылицами.
Радовался ясный день, и будто бы
Солнце на реке взошло жар-птицами.

Янур ВАСИЛИЕВ
г. Санкт-Петербург

Родился в 2003 году в Дзержинске Нижегородской области. В 2021 году поступил на филологический факультет Санкт-Петербургского государственного университета.

* * *
Я вас любил, любил всех до единой,
И не могу избавиться от вас:
То та, то эта резкою лавиной
На память обрушается подчас.

Аукаются старые надломы —
Покою своему наперекор
Бросаюсь перелистывать альбомы
И чувствую, что ноет до сих пор.

Учился жить без вас, да вот досада:
Умения я так и не постиг,
Но и сказать, что мне других не надо,
Не поворачивается язык.

Вы остаётесь вечным чем-то с краю,
Что можно вверить лишь карандашу:
Я вас в себе зачем-то сохраняю,
Поэтому, быть может, и пишу.

* * *
Казалось, темнота мне нипочём,
Но на бок натравили волчью стаю —
Я скорчился убогим калачом,
Раздёрнул веки. Думал, умираю.

В один момент остался не у дел:
От всполоха рябило и мутило,
Корячась, тихо встал, шагнул, осел —
Отчётливо привиделась могила.

Жизнь цепанула когтем за живот,
Хоть виделась короткою и жалкой,
И думалось: «Уже не заживёт», —
Схватила и держала мёртвой хваткой.

Перетерпел. Но точно понял я:
В конце концов придётся ставить точку;
И я не сторонюсь небытия,
Но всё-таки надеюсь на отсрочку

Елизавета ГРЕМЯЧЕВСКАЯ
г. Чудово, Новгородская обл.

Елизавета Гремячевская родилась 15.07.1992, закончила РУК по специальности менеджмент организации, работает в ГОКУ «Чудовское лесничество» на солидной должности старшего государственного лесного инспектора.

НА КУХНЕ
У Ли́лит на кухне зелёное солнце,
Вшитое в потолок.
Здесь пляшется, пьётся, поётся, смеётся,
Читаются Хармс и Блок.

Здесь слёт одиноких, стареющих мошек,
Выжатых вдоль хребта.
Здесь хлещут нектар, вспоминая о прошлом,
По праздникам или так.

Здесь режутся в карты, поют под гитару,
Так, что соседи мрут.
И каждый мечтает найти себе пару
На сколько-нибудь минут.

В чём магия кухни улыбчивой Ли́лит?
Страшно и молвить вслух:
Порочно-зеленое, злое светило
И есть повелитель мух.

ВАРЕЖКИ
Мерно дышит мёрзлая дорога
Под моей усталою ногой.
Ни пролога нет, ни эпилога,
Только холод: жгучий и тугой.

Стужа надавала мне пощёчин,
И глаза слезятся на ветру.
Так продрогла — просто нету мочи!
Зябнут руки — холодно нутру.

Ничего, небось не околею,
Если спрячу пальцы в рукава.
Мне осталось вдоль узкоколейки,
Что уже полвека не жива,

Метров восемьсот по монохрому
Серебристо-пепельной глуши…
Поскорей бы очутиться дома:
Чай хлебать и варежки сушить.

Яна ИШМУХАМЕТОВА
г. Санкт-Петербург

Яна Ишмухаметова родилась 28.12.1995, закончила СЗИУ РАНХиГС, факультет «Государственного и муниципального управления».

* * *
Превратиться в Дюймовочку:
майского оседлать жука,
полететь за пыльцою в напитанный солнцем сад,
с муравьями сплясать мазурку,
вернуться к твоим рукам
и уснуть на них под стрекотанье
кузнечиков и цикад…

Я робею перед тобою,
я маленькая,
я лишь
колокольчика смех, искринка,
пустое место…
ты тихонечко спросишь меня:
«Ты спишь?»,
я прикрою лицо руками ответа вместо…

Потому как ты больше всех, кого знала я,
ты — мой храм…
Ты высокий, серьёзный, с тобою не страшен ветер,
всю пыльцу, все цветы и все звёзды —
тебе отдам,
за тебя — что угодно, пожалуй,
отдам на свете.

* * *
Вот, чему меня научила Индия:

если хочешь
быть богатым,
раздай что имеешь нищим —
не жалей для них денег, одежды, пищи.

Не жалей самого себя,
раздавай — не думай,
за какую ты приобрёл эти вещи сумму.

Накорми бедняка,
если хочешь насытить чрево,
если яблоко съел, сумей посадить и древо.

Если хочешь быть в добром здравии,
сядь, послушай:
исцели для начала уставшую свою душу.

Видишь, там на картонке лежит калека,
знай, он тоже достоин звания человека…

Знай, что каждый, кого ты встретишь,
посланник Бога —
от уборщицы на заправке до гуру-йога.

Анна КЕЙС
г. Санкт-Петербург

Анна Кейс родилась 20.08.1993, по образованию магистр педагогики ⁠— РГПУ им А. И. Герцена, по работе преподаватель русского языка и литературы.

* * *
Дома остыли, выдохлись огни.
Дождливый день за окнами, взгляни,
Там клин крикливых птиц, туман над лесом
Стоит и смотрит с праздным интересом.
Ночную сырость гонит гомон трассы,
Провозит жизнь транзитом мимо кассы.
И ты вот-вот вспорхнёшь, едва-едва
Вплетаясь в сны, деревья и слова.
О чём их спросишь, на тебя похожих,
Кому ты только нужен, боже-боже,
А может вовсе нет тебя уже
В размокшем грунте, в ржави гаражей,
В просыпанной листве, в летящей стае.
Как азбуку тебя перелистают
И выйдут на дорогу налегке.
И прошлого раздавленная клюква,
И алфавита значимая буква
Горчат на незнакомом языке.

* * *
Воздух лета, травяной и пряный,
Облачённый в солнечные латы,
Яблоком надкушенным румяным
Падал в окна кафельной палаты.

В нимбе лампы ангельские лики
Наклонялись над, беззвучно пели
О людском бессмертии великом
В неуютной скомканной постели.

Под крылами белого халата
Богомол на скрипочке пиликал.
Красной пеной закипала вата,
И ладони пахли земляникой.

Екатерина МАЙОРОВА
г. Рыбинск

Екатерина Майорова родилась , 21.06.1985, закончила РГАТУ имени П. А. Соловьева (инженер—менеджер) и ЯГПУ имени Демидова (психолог), кандидат технических наук (управление качеством).

ДАЛЕКИЕ СТРАННИКИ
Они так взаимны — подсолнух и Солнце,
Похожи как сон предрассветный и смерть,
И пальцами, теми, которым неймется,
Под кожу друг другу проникли посметь.

Они двуедины, как вера и камень,
Как веер и пальцы, как луч и стекло,
И души коснулись друг друга ножами,
И близко, так близко был зимний излом.

Они неслучайно, отчаянно вместе
Проходят все квесты в смертельной игре,
Как братья, преемник и юный предвестник.
И мир воцарился на Белой горе.

ВЕЩИ
Больно кусаются хищные фонари,
Ты ничего только главного не бери.
Он упорхнет, а они по углам стоят.
Вещи — не мед, как росянки, они источают яд.

Кажется, главное — дом, два кольца, авто,
А как останешься ночью — выходит совсем не то.
Душит отчаянно шейный его платок,
Что на фонтанке тебе протянул, как вариант цветов.

Камнем на шее кулончик его висит.
Кажется, скинет тебя с неземной оси.
Да на земную. Стреножило платьем вдруг,
Что подбирала на выход в Дворцовый круг.

Вещи — они же не млеко, а кровь из тебя доят.
Вещи — свидетели молчаливые небытия.
А бытие обращают в потерянный рай и яд,
Ты позабудь эту чашку на лавочке.
Словно и не твоя.

Мария СЛЕДЕВСКАЯ
г. Москва

Мария Следевская родилась 17.12.2000, закончила факультете филологии Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова, она ⁠— глава Поэтического клуба МГУ.

ИМЯ МНЕ ТУНДРА

1.
Мама, а я никогда не была севернее.
Камни да травы на этой земле — залысины
между кустами, и ягоды в них рассеяны.
Слово тяжёлое «тундра», в мозгу консервой
долго лежавшее, приобретает смысл.

Мне это место не просто ведь так кажется
Красной — от ягод — большой головой угрюмой.
Чувствую остро — живая земля. Подумай:
Будто бы слышу сама, как она думает.
Будто бы — травы да камни, а нет, не скажешь так.

Сложно сказать, почему я вообще приехала.
Сложно сказать, почему я стою на верхней
точке скалы, под ногами — кусты кудрявые.
Кажется — волосы этой земли. Бурят во мне
скважину ветры, и вот уж душа — дырявая.
Может ли тундра стать поворотной вехой?

2.
Мама, а ехать до тундры — два дня поездом,
И на машине потом. Я хочу, мама,
Много тебе рассказать, только ты — самый—
Самый далёкий теперь от меня человек. Поедом, —
Знаешь ли! — часто ведь ем я себя поедом,
Что мы давно не общались с тобой в запой, да
Что на уме без конца — то дела, то драмы.

Знаешь, я правильно сделала, что приехала,
Хоть бы и холодно здесь — не Москва всё же.
Север суров от собственной непохожести,
От одиночества, может быть, только, Боже мой:
Что же за сила идёт от камней — да может ли
Сила взаправду идти от камней, как эхо?

Мама, ну вот она я — в Телеграме фото.
Как тебе я — и бескрайний разновысотный
Мир у меня за спиной? Посмотри туда.
Вон оно, море, — серебряная вода.
Может, сегодняшний день для чего—то дан мне
Богом, судьбой или берегом этим дальним.

3.
Если подумать, мне часто бывает грустно.
Мама, я верю в умение жить без этого —
Без бесконечного мысленного дуэта
двух голосов, и один говорит без устали:
«Страшно. Тревожно», — и прочее.
Я, вообще-то,
Вечно о чём-то волнуюсь: во мне — отпетый
недруг покоя поёт о тоске искусно.
Голос второй убеждает меня не трусить,
Не сомневаться, что как—нибудь разберусь, но
Как я устала от разности их советов!

Вот и приехала — чтоб на плечах пустую
голову подержать, и не ворошить,
не пережёвывать мысли. Когда бунтует
что-то вокруг человека — природа, тундра, —
Думать о том, что осталось за тундрой, — трудно.
Чую: тоска утаскивает другую
думку тоскливую в топку моей души.

4.
Ниже и ниже спускаюсь теперь я. Камни
мокрые, бьют их со стуком почти стаканным
низкие каблуки. На душе вулканом,
Мама, лежит ожиданье холодных волн.

Бухта широкая. Долго пересекаю
берег, и камни — подобия великаньи.
Я не надела кроссовки. Плевать пока мне:
Море зовёт меня, больше же — ничего.

Мама, ну вот оно — тоже меня приветствует.
Мама, какая солёность! Какая ласковость
в каждом накате! Испытанная, известная
ранее радость — потрогать волну, однако
не было так, чтоб казалась мне самым лакомым
ломтиком всех океанов земли волна — как
не было радости ярче и полновеснее!

Солнце над скалами величиной с горошину
скоро покатится: спрячется в рукаве
облака. Скоро волну взъерошит
ливень — и море обрадуется в ответ.
Мне хорошо, хорошо от того, что прошлое
С будущим — переплетаются в голове.
Кажется, в этих местах я другая: больше
дух восхищённый, чем женщина, человек.

5.
Всё это трудно увидеть — и не заметить
ту неподдельность любви, что Господь вложил
И в серебро на воде, и в оттенки меди
на валунах — по камням разбежались жилы.
Глядя на них, попробуй не расскажи, как
Хочется память наполнить — и вечно жить.
Кажется, тундра — особенный вызов смерти,
Брошенный Богом, для смерти недостижимым.

Мама, я тоже хочу отдавать любовь.
Частой моей меланхолии вопреки,
Я понимаю, что силы моей тоски —
Грузной, лежащей в душе и в мозгу, дубовой —
Силы её бесконечно невелики,
Если тоску сопоставить во мне с любовью.

Мама, во мне необъятнее грусти некий
вечный запас удивлений — всю жизнь во мне, как
Вечный задел для рефлексии. В сердце целое
море назрело — того, что меня задело.

Знаешь, бывает, я в людях, в природе, — в тех, кто
очень чувствителен, — вижу библиотеки
с хроникой переживаний и с их оттенками.
Это любовь моя с детства — большая, смелая —
Чувство — глубокое, зрелое и незрелое.

Стану писателем, мама. Куда деваться,
Если в моей голове возникают сутками
дольники будущих строчек. Меня спасут, как
кажется мне, распорядок и мотивация —
А мотивации — полная голова,
полное сердце — выдерживаю едва.

Мне предстоит ещё много, я знаю. Чуткая
к цвету, и звуку, и чувству, смогу я вкратце
много сказать обо всём, и не раз. Форзацами —
Станут форзацами новыми эти двадцать
с хвостиком лет, что скопились в моём рассудке.

Алла СОРОКИНА
г. Рыбинск

Алла Сорокина родилась 21.07.1989, закончила ЯГПУ им. К. Д. Ушинского по специальности дошкольный педагог и психолог.

THE AMNESTY
В моем бестиарии пусто,
Все твари сбежали с цепей.
Напрасно твердил Заратустра:
Не ври, не кради, не убей.

Химера опаснее змея,
Я выбрала добрую «Я».
Арканом украшена шея,
«Любимые» станут «друзья».

Но мостик оставленный между —
Хмельная утопия лжи,
Слепая тропа без надежды,
Похмелье продажной души.

Обрушены в прошлое арки,
Вперёд устремлён виадук.
Мосту суждено стать огарком.
Предатель — синоним разлук.

* * *
Одолжи мне, пожалуйста, спички —
Я свои уже все подожгла.
В этом мире не много тепла,
А я жгу и свечу по привычке.

А я жгу и свечу вопреки.
Пусть морозы, обычное дело!
Если даже немногих согрела,
Значит, всё же, живу по-людски.

Значит, всё же, в моей косметичке
Кроме пудры, хватало огня,
И в кармане твоём для меня
Может, всё же, отыщутся спички?

Янина БУЛГАКОВА
г. Брянск

Поэт, публицист, руководитель Совета молодых литераторов при Брянской областной общественной писательской организации Союза писателей России. Лауреат конкурса «Проводники культуры». (2024)

* * *
И снег — не снег, а тающий апрель,
сползающий бурдой по старым крышам.
Так вышло, перепутал все Всевышний —
проверить нас
в водовороте дней.

Я верю, обойдётся без потерь —
и станет только басенкой случайной.
Поставлю греть опять неспешный чайник
и слушать буду разговоры чаек
за окнами.

Весна у нас теперь,
как не весна.

И сна — по два за сутки
часа,
а шторы не задёрнуты всю ночь.
И в этом странном, мутном промежутке
по-прежнему с тобой
делить не прочь
я все дела и все стихи,
и песни.

Размытый, словно губкой акварель,
апрель, как кружка, выскользнул из рук
и треснул.
На счастье!
В теплом свете фонарей
проклюнулась и зацвела
салатовая,
теплая
весна.

* * *
Перламутровое небо
В снежной крошке, как на фото,
На котором сбита резкость.
Ну! Попробуй разбери,
Что же там за домом крайним.
Неизбежность? Неизвестность?
Что мурашками по коже
Пробирает изнутри.
В нежной легкости касаний
Снежной дымки к горизонту
Спрятана, как будто вечность
Или вечное ничто.
Млечность фонарей и млечность
Откровений и признаний
Сыплется крупой прозрачной
На дома и на пальто.
Снов предутренних завеса —
Отстраненных и нездешних —
Соберется в новый полдень
новый круг и новый сюр
Повторений и касаний,
В предначертанную нежность,
В неразвешенное платье —
Смятый облачный гипюр.

Иван ИЩУК
г. Ярославль

Поэт, член Совета молодых литераторов при Ярославской писательской организации Союза писателей России.

ПОСЛЕ КУЛЬТУРЫ
Распятые звуки старинных мелодий —
На струнах времён истлевающий звон.
Культура отцов в лабиринтах пародий
Исчезла, как сон.

Расколотым эхом века золотые
Сверкают крупицами в пыльной тиши.
Молчанием веет из смутной стихии —
Ни звука души.

Стремительный бег электронных потоков
Стирает следы мастеров и богов.
В безумии дней и ночей одиноких
Не слышно шагов.

Пророческим холодом веет от взоров
Угасших икон в паутине лучей.
Безмолвием давит спокойствие хора
Потухших свечей.

И мы — мотыльки на обломках святыни —
Танцуем свой танец забвенья в пыли,
Не зная, что рушатся наши твердыни —
Основы земли.

И СОЛНЦА ЧИСТЫЙ СВЕТ
Лучистый день. Сверкающий простор.
Лазурь небес и солнца чистый свет.
Я пью весну, как сладостный восторг,
И верю — счастья ярче в мире нет.

Пусть всегда будет солнце! В сердце май
Шумит сиренью, птичьей песней, смехом.
Земля цветёт, как сказочный мой край,
Где каждый миг наполнен тёплым эхом.

Травы касаюсь — пальцы в серебре,
Росы алмазной утренней прохлады.
Я здесь, сейчас, в земном живу добре,
И большего, по правде, мне не надо.

Пусть всегда будет солнце! Жизнь проста
В своей любви к цветам, деревьям, детям.
И в этой простоте есть красота,
Которой я дышу на белом свете.

Дарья ШИБАЕВА
г. Ярославль

Поэт, специалист по социально-культурному сервису и туризму, экскурсовод, член Совета молодых литераторов при Ярославской писательской организации Союза писателей России.

ВЁКСА
Водопадом застыли иссохшие шишечки хмеля.
Ветра нет, и дымок сельских труб прямо в небо плывёт.
Пусть морозец, река бережёт в себе радость апреля.
Непокорную Вёксу никак лёд в полон не возьмёт.

Лишь у берега выведен тонкой чертою изящной
Невесомый, с искринкой, рисунок большого крыла.
Словно ангел был здесь, органзой прикоснулся прозрачной.
И протока спокойную радость в себе обрела.

И несётся, петляя, в лугах — замерзая, ликует!
Еле движется зеркало, гладит - лудит берега!
Что-то в воду нырнуло, танцует, смеётся, бликует...
Если солнце внутри, не страшна никакая пурга.

КРЕЩЕНСКИЙ ДОЖДЬ
Крещенский дождь стучит по сонным стёклам...
И даже жалко как-то засыпать.
Льёт агиасма утешеньем мокрым.
Сегодня льёт не дождь, а Благодать.

Все для чего-то нужно в мире этом,
На грешной и святой моей земле.
Гроза и снег, закаты и рассветы.
Есть надобность в морозе и тепле.

И трудно несмышлёным нам бывает
За все Тебя, Господь, благодарить.
Не заглянуть нам в будущего дали.
А о смиренье страшно так просить.

Тут сделал шаг — и все, держись, раз честно!
Неси свой крест, пусть плечи уж в крови.
Ведь воин ты. И благо — неизвестность.
Лишь только чувствуй свет Его любви.